Диего Ривера. Промышленность Детройта. Детройт. 1932-33
Д.И.МЕНДЕЛЕЕВ
О налоге на нефть
Выдержка из протокола заседания 2-го отделения комитета Общества для содействия русской промышленности и торговле от 3 марта 1886 г. Впервые опубликована в собрании сочинений Д.И. Менделеева. Т. 10: Нефть. Л.; М., 1949.
Я не хочу обострять своего изложения критикою мнений, уже высказанных на прошедшем заседании, и не желаю до поры притуплять его техническими частностями, на которые переносят самый вопрос. К этим последним я отношу размер налога в 15 коп., истощение Балахано-Сабунчинской площади, залоги, утилизацию и пр. В этом я не вижу пока надобности, так как имеются общие точки зрения, на которые я и предпочитаю поставить вопрос о нефтяном налоге.
Для уяснения его я считаю необходимым остановиться на одной исторической подробности, на которую не было указано. В свое время об этом я печатал, а именно: налог на нефть в различных формах и размерах имел место и в Америке с 1862 по 1869 г. Первоначально там обложен был керосин податью в размере 10 цент, с галлона, что, принимая 1 пуд за 5 1/2 галлонов, с переводом на наш курс, составит 1 р. 10 к с пуда керосина.

Такая форма существовала там с 1862-1864 гг., причем налог не возвращался при вывозе за границу. В этот период, как известно, Американские Соединенные Штаты только что пережили тяжелые последствия междоусобной войны. Страна и ее казна находились в весьма тяжелом экономическом положении. Золото стоило у них то же, что у нас теперь. Правительство изыскивало меры к уплате долгов и поэтому облагало все, что только можно было обложить.

До того времени во всеобщем употреблении был фотоген из торфа, богхеда и пр. Продукт этот был сравнительно с керосином дорог. У нас в России он продавался от 15-20 коп. за фунт и нигде в Европе не ценился в оптовой торговле дешевле 4 руб. за пуд.

Вот с этим товаром и приходилось конкурировать американскому керосину. Цена фотогену была высокая и поэтому, несмотря на большое обложение, керосин легко выдержал конкуренцию с фотогеном. Но, несмотря на то, что Европа, покупая его, платила американские долги, налог в этой форме продержался лишь два года - и вот по каким причинам.

Едва конкуренция американского керосина с фотогеном сделалась серьезною, производители последнего поспешили улучшить свое производство и усилиями этими была достигнута возможность выдерживать соперничество керосина. Фотоген еще жил. Особенную услугу фотогеновому делу при этом оказала фабрика Юнга. Дело дошло до того, что вывоз керосина в Европу на время уменьшился. Тогда американское правительство увидело, что нельзя безнаказанно пользоваться европейскими карманами для пополнения своей казны, и решило, что вывозной керосин надо освободить в интересах дальнейшего развития экспорта американских нефтяных продуктов. К такому заключению предварительно пришла составленная с этой целью особая комиссия, предложившая, взамен освобождения от налога вывозного керосина, увеличить вдвое внутренний налог до 20 центов с галлона или 2 руб. 20 коп. за пуд керосина.

Подать прибавилась, вывоз увеличился, казна обогатилась, но все-таки акциз прекратили по той причине, что жестоко, несправедливо заставлять платить внутреннего потребителя дороже иностранца: внутри Америки керосин стоит 3-5 руб. пуд, вне - 1 р. 50 к. Но было и другое обстоятельство, именно то, которое прежде всего надо иметь в виду при обсуждении акциза на нефть и возврата его при вывозе: нефть не заключает таких определенных элементов, которые бы определили ее ценность, акцизу подлежащую. Это не то, что сахар, спирт; здесь все углеводородное, все горит. От этой и от других причин приходилось возвращать при вывозе больше, чем получается подати (получив нечто, приходится возвращать большее).

Какую составную часть нефти ни подвергнете обложению, надо определить норму выхода ее, чтобы возврат акциза был правомерен. Заводчик может сделать так, чтобы вывозить более того количества, за которое уплатил подать. Это ясно на примере. Если бы налог на нефть взимался с керосина, которого норма выхода дана (как в прошлое заседание предлагал Л.Э. Нобель), то как заводчик я поступил бы так. Сфабриковав керосина больше, чем в норме положено, я получил бы с казны при вывозе больше, чем уплатил; кроме того, в стране пустил бы остальное: с этого государство, значит, ничего бы не получило.

Итак, в Америке, несмотря на 8 млн долларов дохода, налог на нефть прекратили. По статистическим данным видно, что с этого времени промышленность шибко развивается, хотя переходит с одного места на другое, благодаря истощению нефти. Предпослав эти замечания, считаю нужным обратить внимание почтенного собрания на громадное значение нашей нефтяной промышленности. Вот ее главные особенности.

Из всех других родов промышленности она раньше всех оживила Кавказ новым делом большой важности. Она дает России материал для освещения, заменяющий лучину; другого такого дешевого освещения нет. В настоящее время чуть не всякая изба освещается керосиновой лампой. Кто около какого-нибудь труда обращался, тот поймет, что керосин не роскошь, что при лампе заработок увеличивается. Налог на керосин будет налогом на свет, который нужен для народного труда.

Есть другие, не менее важные стороны. Никакая другая наша промышленность не представляет столь ясной будущности для нашего вывоза, как нефтяная. Хлеб наш перестали спрашивать в ожидаемом количестве: Африка, Америка и другие страны его доставляют; земли наши изматываются, не дают того, что прежде. Вместо этого на помощь является нефтяная промышленность. Американские Соединенные Штаты от серебра из своих богатых рудников получили меньше пользы, чем от нефтяных продуктов; нефтяная промышленность в Америке занимает первоклассное место: она соперничает с добычей угля, железа, золота и превосходит серебряную. Американская нефтяная промышленность при этом успевает побеждать следующее обстоятельство: на источнике нефть стоит не меньше 15 коп., у портов не меньше 30 коп. за пуд, а то вдвое дороже. У нас иное. На месте - 3 коп., прогнать по нефтепроводу 12 коп., следовательно, у моря нефть будет стоить 15 коп. пуд., т.е. по крайней мере вдвое дешевле американской. Против этого обыкновенно выставляют то обстоятельство, что наша нефть дает 25-30% керосина, американская - до 60%, следовательно, наша менее выгодна. Этот предрассудок должен исчезнуть, когда речь идет об освещении лампами.

В заседании Химического общества я показывал, и Конон Иванович Лисенко подтвердит, что для обыкновенных ламп годится другой продукт, вакуоль, которого из нашей нефти можно получить 50%. Затем в образце премированной пиронефтяной лампы Кумберга я сжигал до 80% нашей нефти: т.е. смесь керосина, соляровых и смазочных масел, вазелина. Но скажут: для этого нужны особые лампы. Так что ж? Когда вводился фотоген, тоже нужны были лампы, и лампа никогда не представит задержки для применения удобного и дешевого осветительного материала. В этом смысле русская нефть имеет преимущество перед американской и ее продукты всегда найдут покупателя, если будут предложены по выгодной цене, так как получаемые материалы безопаснее для освещения. А по изобилию и дешевизне сырья - дешевого нефтяного масла мы можем добыть и сбыть много, купят его за безопасность и дешевизну, если поймут, как следует. И чем отличнее от американского будет наш осветительный и нефтяной продукт, тем лучший обеспечен ему успех.

Нефтяная промышленность составит будущий богатый вклад нашей вывозной торговли. Начинанию В.И. Рагозина и Л.Э. Нобеля наши нефтяные продукты обязаны своим распространением за границей. И дело идет. В прошлом году 7 270 000 пудов товара вывезено. Начало есть, но способы вывозки плохи. Железные дороги только получают возможность возить. В Америке цена окрепла при нефтепроводе, который у нас только рассматривается.

Итак, кроме питания деятельности для Кавказа, света для России, мы имеем в нефтяной промышленности возможность хоть до некоторой степени поправить в будущем общие экономические условия. Что это не мечты, доказывается тем, что в Америке с 1864 по 1874 г. получили нефтяных продуктов, не считая платы за фрахт, и у себя сожгли, не считая акциза, более чем на 1000 млн руб. В последние 10 лет один вывоз этому равен, несмотря на дешевизну продукта. Лет за 10 керосина потреблялось 100 млн пуд., теперь 150 млн, при ежегодном нарастании потребления 5 млн пуд. Если бы мы, не борясь с Америкой, восполнили все только ежегодные избытки, и то было бы хорошо.

Затем прямо в интересах Общества для содействия русской промышленности и торговле есть еще важные преимущества нашей нефтяной промышленности. Это первая промышленность, которая ответила на свободу широким развитием. Тут замечается характерная черта. Сперва все роды промышленности составляли регалии; все, что сколько-нибудь развивалось промышленного в стране, приурочивалось под интересы казны. У нас даже господствует ересь: считают только то успех обещающим, что берется под опеку. Если это так, было бы очень печально. Нефтяная промышленность доказывает противное. При акцизе казна получала около 300 000 руб., народ терял куда больше. Акциз и опеку уничтожили, и в ответ получился такой рост промышленности, какого в Америке никогда не было. Кривая развития ее идет круче, чем в какой бы то ни было период в Америке. Другая сторона касается также интересов нашего Общества. Мы здесь часто хлопочем об обложении ввозной пошлиной того или другого продукта. Каждому тяжело чувствовать, что потребитель будет платить больше, чем следует; но это нужно, чтобы оградить внутреннюю промышленность от конкуренции, дать ей развиться и чрез то дома иметь дешевые товары. Нефтяная промышленность при внешнем налоге этим ожиданием и ответила: керосин стал не только дешевле американского, но и дешевле акциза на привозной керосин. При покровительственной пошлине начался и вывоз за границу. И вот, в виду всего сказанного, я в самом минорном тоне обращаюсь к Обществу. Поберегите этот редкий образчик всеми способами: нет другого. Охраните его от посягательств на свободу, для всех других промышленностей образцовую.

Касательно нефтяного налога существует странное недоразумение. В министерстве финансов говорят: "Мы не думаем облагать, но нам предлагают"; предлагающие же говорят: "Я не за налог, но это неизбежное дело; его министерство предлагает". Я даже мог думать, что в частности Л.Э. Нобель, как всякий промышленник, весьма боится налога, а говорит о нем потому, что решился парировать его так: "Я сам предложу, скажут: "Значит ему выгодно, коли предлагает", - и налога не будет".

Мое личное мнение идет против всякого налога не только на нефть, но и на керосин, какой бы он ни был. Чтобы объяснить, я приведу, пожалуй, искусственное, схоластическое подразделение и резюмирую тогда свои воззрения. Налоги бывают или с возвратом, или без возврата при вывозе. Я думаю, что, если уже делать налог, то без возврата, и бакинцы на первом съезде желали такого налога для поддержания своей же промышленности. Что же дает фискальный налог без возврата? Разные роды нефти содержат различное количество ценных продуктов, а потому этот налог падет неодинаково на разную нефть, прекратит в корне добычу низших сортов ее, если обложена будет сырая нефть; все продукты нашей нефти для заграничного вывоза подорожают, а какое бы то ни было вздорожание их будет в корне подтачивать нашу вывозную торговлю и будет на руку американцам. Безвозвратный налог на нефть, кроме того, ведет к необычайным фискальным трудностям, да его никто не предлагает, следовательно, не надо больше и говорить. Налог с возвратом - предлагают со многих сторон. Я против того, чтобы получать его с одного продукта, так как не знаю, как определить керосин. Вывоз сырой нефти, как я знаю, правительство предлагает обложить налогом в видах покровительства внутренней обрабатывающей промышленности. Вывозить, следовательно, будут нефтяные продукты; следовательно нужны нормы для их выхода при возврате налога, а так как их нельзя установить правильно, то налог будет несправедлив, на практике негоден и поведет к массе злоупотреблений. Предлагают обложить нефть, а возврат давать керосину. И вот, как прежде бывали турниры рыцарские ученые, так я теперь предлагаю другой турнир. Пусть кто угодно из присутствующих здесь представляет акцизного чиновника, а я буду заводчик, буду обходить налог и покажу, что получу больше, чем отдам.
А потому, если я против налога, то имею на это два основания.
1) Налог стесняет промышленность, потому что добыватель и фабрикант обращают его на потребителя и потребление уменьшается. Во всяком случае, от налога получится для промышленности, столь обещающей, как немногие у нас, стеснение и вместо развития - остановка.

2) Главная предстоящая задача для нашей нефтяной промышленности в вывозе, который должен развиваться и вырасти до громадных размеров. Нет возможности устроить такой налог, который бы не давал преимущества американцам перед русскими или не заставлял правительство отдавать больше, чем оно будет получать. Налог без возврата будет премией американцам, с возвратом - премией недобросовестным экспортерам; но с интересами и тех и других Общество содействия русской промышленности и торговле ничего общего не имеет.

Made on
Tilda